Мы заметили одну интересную вещь. В Советском Союзе водители разгоняют машину, выключают скорость и едут по инерции. Так же они поступают, когда едут под уклон. Нам объяснили, что это экономит бензин и этому там учат всех водителей. Шоферу 
выдается определенное количество бензина, которое рассчитано на определенное расстояние, и он должен доехать на этом количестве до заданного места, в результате он использует всякую уловку, лишь бы бензин сохранился подольше. Это еще одна сторона огромной бухгалтерской системы Советского Союза. Ее можно сравнить с бухгалтерскими отчетами в ресторанах. Износ сцепления и мотора в расчет не идет, только бы расход бензина был небольшим. Нам такая езда действовала на нервы. Порою машина разгоняется до шестидесяти миль, сцепление выключается, и машина идет, пока не начинает останавливаться. Потом опять разгоняется до шестидесяти миль и снова идет накатом.
В это предрассветное время в московском аэропорту толпились люди: поскольку все самолеты вылетают рано утром, пассажиры начинают подъезжать сюда сразу же после полуночи. Одеты они по-разному. На ком-то меховые шубы, которые согреют в арктическом климате Белого моря или на севере Сибири, на других — легкая одежда, что вполне подходит для субтропиков Черноморья. Шесть часов лета от Москвы -- и вы можете попасть в любой климат, какой только существует на свете.
Поскольку мы были гостями ВОКСа, нас провели через зал ожидания в боковую комнату, где стояли стол, несколько диванов и удобные стулья. И здесь под строгим взглядом нарисованного Сталина мы пили крепкий чай, пока не объявили о посадке в наш самолет.
причина, очевидно одно: все в России постоянно находится под сталинским взором - улыбающимся, задумчивым или суровым. Это одна из тех вещей, которую американец просто не в состоянии понять. Есть и другие портреты, и другие скульптуры. И по размеру фотографий и портретов других лидеров можно приблизительно сказать, кто за кем идет после Сталина. Например, в 1936 году вторым по величине был портрет Ворошилова, сегодня, несомненно, — Молотова.
После четырех стаканов крепкого чая объявили наш самолет, и мы загрузили в него свой багаж. И опять это был старый коричневый "С-47". Люди вносили в салон свои узлы и складывали их в проходах. Все взяли с собой еду — буханки черного хлеба, яблоки, колбасу, сыр и копченую ветчину. Они всегда берут с собой еду, и мы поняли, что это прекрасная идея. С буханкой черного ржаного хлеба в сумке вам нечего бояться: если что-то случится, два дня вы голодать не будете. Система кондиционирования воздуха обычно не работает, и, как только закрываются двери, в самолете становится душно. Пахло чем-то кислым, и я долгое время не мог понять, чем именно. Но потом понял. Люди выдыхали запах черного ржаного хлеба. Но стоит самому съесть кусок хлеба, как запах перестаешь замечать.
