Вечером мы смотрели в посольстве американский фильм "Голубая рапсодия". Мы уже видели этот фильм раньше, но этот 
вариант был намного интереснее, потому что кто-то перепутал все ролики: фильм начинался с того, что все уже умерли, затем они оживали, пока, наконец, в конце Джордж Гершвин не стал маленьким мальчиком. В таком варианте фильм нам понравился намного больше.
Капа постоянно фотографировал людей на улице из окна нашего номера. Он устраивался за занавесями со своей камерой с большим объективом и снимал людей, бредущих под дождем, покупающих что-то в маленьком магазинчике напротив. Он и человек из "Ремонта фотоаппаратов" продолжали дуэль, щелкая своими камерами.
Мы давно не получали никаких известий из дому. Письма не доходили, и мы решили попытаться дозвониться до Нью-Йорка. Это оказалось очень трудно, и мы бросили это дело. В Нью-Йорк можно было позвонить, если предварительно перевести туда на особый счет деньги. Поэтому сначала нужно телеграфировать кому-то в Нью-Йорк и указать точное время телефонного звонка и продолжительность разговора. Там посчитают, сколько это будет стоить, и доллары, которые лежат в Нью-Йорке, будут пересланы в Москву, но поскольку все это заняло бы неделю или даже дней десять, мы решили, что проще будет продолжать писать письма в надежде получить что-нибудь в ответ.
Когда наконец стали приходить письма, мы подсчитали, что из Нью-Йорка в Москву почта идет от десяти дней до трех недель. Неизвестно, почему так происходит, ведь из Нью-Йорка в Стокгольм почта идет 2 дня, а остальное время тратится на дорогу до Москвы. Из-за такой задержки в доставке почты иностранцы чувствуют себя еще более отрезанными от остального мира и более одинокими.
В Москве мы были уже неделю, разрешение на наш выезд из города еще не пришло, и это тяготило нас. Мы думали, что можем прождать целое лето, как вдруг разрешения пришли, и наш йлан стал осуществляться.
Суит Джо Ньюмен устроил в нашу честь коктейль, который кончился очень поздно. На рассвете мы намеревались отправиться в Киев. Этот вечер поднял наш дух и настроение других пятидесяти гостей.
Мы столкнулись с тем, что путешествовать по Советскому Союзу очень сложно. Из Киева нельзя ехать сразу в Сталинград или из Сталинграда в Сталино. Каждый раз нужно возвращаться в Москву, поскольку транспортная система работает, как спицы у колеса; кроме этого дороги так разрушены войной, что ездить по ним практически невозможно; к тому же на это ушло бы больше времени, чем мы могли себе позволить. Была еще одна трудность: самолеты там летали только днем, ночью вылетов не было, зато первые рейсы отправлялись рано утром. А после коктейля у Суит Джо нам показалось — даже слишком рано.
