Мы не спеша поехали обратно в город. На обочинах росла капуста, а по обе стороны дороги был высажен картофель. Москва еще не рассталась с тем, что у нас называлось "военными огородами"'— у каждого был свой участок, засаженный капустой и 
картофелем, и владельцы яростно защищали свои угодья. За то время, что мы находились в Москве, двух женщин приговорили к десяти годам исправительных работ за то, что они украли из частного огорода три фунта картошки.
На обратном пути в Москву большая черная туча накрыла нас и пролилась дождем над городом.
Вероятно, самое сложное в мире для человека — просто наблюдать и принимать окружающее. Мы всегда искажаем картины нашими надеждами, ожиданиями и страхами. В России мы увидели многое, с чем не соглашались и чего не ожидали, и именно поэтому хорошо, что у нас с собой был фотоаппарат — ведь он без предвзятости запечатлевает то, что видит.
Нам пришлось пожить в Москве, пока мы ждали разрешения выехать из города и поездить по стране.
Нас пригласили на встречу с временным руководителем отдела печати. Он был одет в серую форму с квадратными погонами Министерства иностранных дел. У него ярко-голубые, как бирюза, глаза.
Капа темпераментно говорил о фотосъемках. До этого времени он не имел возможности снимать. Собеседник заверил нас, что сделает все, чтобы как можно скорее получить для нас разрешение на фотографирование. Наша встреча была официальной и вежливой.
Потом мы отправились в Музей Ленина. Зал за залом - кусочек человеческой жизни. Мне кажется, что в мире не найдется более задокументированной жизни. Ленин, по всей вероятности, ничего не выбрасывал. В залах и в застекленных витринах можно видеть его записки, дневники, манифесты, памфлеты; его карандаши и ручки, его галстуки, одежда — все здесь. А на стенах развешаны большие картины, на которых изображены эпизоды из его жизни, с самого детства. Каждое событие революции, в котором он принимал участие, также отражено на гигантских полотнах. На стенах укреплены его книги, высеченные из белого мрамора, названия — в бронзе. Здесь находятся статуи Ленина, изображающие его в разных позах, а позже к нему присоединяется фигура Сталина. Но во всем музее нельзя найти изображения Троцкого. Троцкий, как учит русская история, перестал существовать и вообще никогда не существовал. Такой исторический подход нам непонятен.
