Анатолий Никитьевич уверен, что в недалеком будущем все районы Смоленска непременно свяжут меж собой троллейбусные линии. Они снимут многие нынешние проблемы, разгрузят дороги.
— Еще в 1990 году мы строили троллейбусное депо, первые троллейбусные линии. Совсем недавно это было. Первые контактные линии связали меж собой Полиграфкомбинат и Трикотажную фабрику, улицы Шевченко, Кирова, Нормандии-Неман. Сегодня троллейбус стал самым лучшим, надежным транспортом города. Люди предпочитают его всем остальным. А мы еще в 
самом начале понимали, что за этим транспортом — будущее. Хотя, если честно говорить, проложить эти пути в условиях нашего города, ох, как нелегко было. В то время, когда прокладывались улицы, о троллейбусах никто не слышал. Вот и пришлось менять лицо города. Помню, приходим к старушке иной, попросить разрешения поставить на ее огороде столб, она, как услышала, в крике зашлась:
— Не дам вам ковырять мой участок! Ишь чего вздумали, супостаты! А где я стану морковку сеять? На твоем столбу? На этом куске, что отнять хочешь, целое ведро соберу! Уходите с глаз!
— Мы эту Кузьминичну с неделю уговаривали. Вся улица согласилась уже. А она — ни в какую. Лохматая, маленькая собачонка бабки уже охрипла, устала брехать на меня, а старушка, как Брестская крепость. Мы ей и деньги за грядку предлагали. И новый забор вокруг огорода — ни на что не соглашалась. Ногами топает, кричит, гонит нас. Да и понимали мы Кузьминичну отчасти. Она в этом доме с молодости жила. Отсюда мужа на фронт проводила. Здесь получила похоронку. Вырастила обоих сыновей. На тот момент одна жила. На пенсию. Устала терять. Вот и держалась за свое. А через год встретил я Кузьминичну совсем случайно. В магазине. Она сама ко мне подошла. И сказала:
-— Чего ж враз не сказал, что остановка возле самого моего дома будет? Я бы и не спорилась. Нынче, что ни день, езжу в гости на ем — на троллейбусе. К своим. Ногами не дошла б. Зато нынче — без мороки. Прости меня, сынок, за прошлое. Не держи обиду в сердце. А за подмогу — спасибо!
