Лечить этих детей очень сложно. Они не просто не верят взрослым, большинство не хотят жить. Не достигнув совершеннолетия, они устали от жизни, в какой ежедневно им приходится бороться за свое существование. А ведь у большинства из них есть 
родители, каких перестала интересовать судьба детей. Кем они станут, если доживут до взросления? Нередко моим врачам, да и мне, доводилось беседовать с этими детьми. Разговор начинался с вопроса:
— Почему оказался на улице?
Большинство предпочитают обойти этот вопрос молчанием. Случалось, подлечившись, согревшись сердцем, начинали рассказывать о себе. Один из таких разговоров запомнился нам надолго. Тому мальчугану исполнилось девять лет, когда он ушел из дома.
— Мать была. Разошлась с отцом. Тот уехал куда-то насовсем. А она запила. Мужики к ней приходили. С бутылкой. Она меня стала на ночь выгонять. Чтоб не мешал. Утром, когда приходил, она не узнавала меня. То в постель тащила, то с бутылкой на меня кидалась. А тут соседи... Я-то при чем? Милицию вызывать стали. Оказалось, она по пьянке принимала всяких гадов. Ну и меня вместе с нею отлупили менты. Еле живой остался. Ее в ментовку взяли, я слинять сумел. Возвращаться не хочу. Сам сдохну, без чьей-то помощи. Никого у меня нет. Никому не нужен. Говорят, что бомжи долго не живут. Это мое счастье. Поскорее бы отмучиться. Надоело все. Чего о будущем спрашиваете? Его у меня не будет. Я устал жить сегодня. И ничего хорошего не жду от завтра. Кто такой бомж? Это завтрашний мертвец. Если это можно назвать его мечтой, то я согласный...
— Как тяжело нам было слушать мальчонку. Он не хотел ни к кому, никуда. Он навсегда потерял веру в людей. Да и как поверит, если его предали свои, родные. И он остался один среди людей. Переубедить таких не удается. Вот и этот, сбежал ночью из больницы, едва встав на ноги, не долечившись, не окрепнув. И он не одинок в своей беде. А ведь они тоже — наши дети.
