— Если очень пожалеешь человека, обязательно поможешь ему и спасешь...
— Вот это желание помочь и оказалось решающим. Некогда было раздумывать, на сомнения и страхи времени не оставалось. Была уверенность, что помогу, и получилось. Этот случай произошел в самом начале моей практики, потому запомнился особо. 
Я лишь потом узнала, что мало кто из моих коллег рискнул бы сделать этот укол. Хотя другого выхода не было, — признает Олейникова.
Ее часто вызывали среди ночи к людям, казалось бы обреченным. Бывало, до утра не могла ни на шаг отойти от больного. И... возвращала жизнь.
Может, потому, когда приехал, из Сибири отец, посмотреть, как живет его дочь, услышал о Валентине Михайловне много доброго:— Спасибо вам за нее. Она не только сына, мать мою спасла! Свои родные так не помогут и не поддержат. А у нее и сердца, и терпения на всех хватило!
— Своя она нам! Наша теперь! Родной человек каждой семье. Мы все тут на виду друг у друга живем. И Валюшу никому не дадим в обиду!
— Ее детвора любит! А дети в людях никогда не ошибаются. Я вот на что старая, а у Валентины многому научилась. Внуков трое. За ними глаз да глаз нужен. Чуть где царапины, простуды, сама справляюсь. В травах учусь разбираться. Какая от головной или от зубной боли. Все нужно знать и помнить. Нельзя забывать то, чем деды наши лечились и были много здоровее нас. Хорошо, что ваша дочь в этом разбирается, — говорили люди.
— Были у нас врачи. И теперь их много. Разные все. Есть, конечно, немало хороших людей среди них. Но ваша дочь — особая. С нею легко, ей доверяют. От ребенка до старика... — слушал отец говоривших о дочери.
Пять лет в Гагарине прошли незаметно. Именно отсюда, получив опыт и навыки, пошла Олейникова продолжать учебу в ординатуре.
После окончания приехала в Смоленск. Здесь к Олейниковой присматривались долго.
— Увидим, на что способна...
— Молодая. Трудно ей будет...
