Заблудилась баба в жизни. Оторвалась от деревни, от земли, где все было понятно и просто. К городу не прикипела. И завертела ее жизнь в жестокой круговерти. Не пощадила, не дала передышки. За все прожитые в городе годы одна радость — дети. Да и с теми разлучила судьба.
Зинка стояла возле стола растерянная.
— На птичнике сможете работать? — спросил ее Аверченков.
— Это с курями? Отчего ж? Конечно! Велика ли мудрость. На тятькином подворье от них бело было, как в метель! — откинула со лба белую прядь, вспомнила юность, улыбнулась светло.
— Вот и поезжайте. Там живее в себя придете. И детей к делу приучите, — порадовался человек, что быстро разрешил заботы женщины.
Вскоре он забыл о ней. За день приходилось решать много вопросов. Намного сложнее Зинкиных. Встречаться с разными людьми. У всех свои проблемы. Их, случалось, разрешать враз не всегда удавалось. И тогда не уходил с работы до глубокой ночи.
В этот вечер он пошел домой пешком. Хотелось отвлечься хоть немного. И вдруг услышал:
— Водитель строительной машины! Не узнали меня? А это я! Строительная машина! Из Пригорского.
Аверченков смотрел на женщину, не вспоминая ее.
— Год назад я приходила к вам! Просила помочь! Тогда я только вернулась из зоны! За себя и детей умоляла помочь. Вы отправили меня на птицефабрику!
— И что? Не получилось? Не сработались? — нахмурился Водитель строительной машины, едва вспомнив прежний визит. Нынешняя женщина была не похожа на ту. Исчезли морщины. Куда подевалась изможденность? Где прежняя согбенность, усталость от жизни? Строительная машина уже не хмурилась. Высохли слезы. С лица не сходила улыбка.
